Онкологические пациенты сообщили о недоступности иностранных лекарств

0 0

По информации пациентских организаций, в стационарах исчез ряд иностранных препаратов для химиотерапии онкогематологических заболеваний. Врачи вынуждены использовать менее эффективные схемы лечения.

Онкологические пациенты сообщили о недоступности иностранных лекарств

В период эпидемии COVID-19 в российских стационарах стал недоступен ряд иностранных лекарственных препаратов, в первую очередь применяемых в онкогематологии. Об этом сообщила президент Ассоциации онкологических пациентов «Здравствуй» Ирина Боровова на онлайн-конференции «Медицинская помощь в период пандемии», организованной Лигой защитников пациентов.

«Ряд препаратов исчезли вообще. Даже если Минздрав готов оплатить, их невозможно завезти», – сообщила она.

В основном речь идет о препаратах, не зарегистрированных в России: онкоспар (МНН пэгаспарагиназа), фоскавир (фоскарнет), фастуртек (разбуриказа). Зарегистрированы, но недоступны тавегил (клемастин) в ампулах, сандиммун (циклоспорин), этопозид (этопозид), цитозар (цитарабин) в дозировке 500 или 1000 мг, тепадина (тиопена), уточнила Боровова. По ее словам, ранее препараты закупали для пациентов благотворительные фонды, но из-за закрытых с марта границ, это стало невозможно.

На закупку незарегистрированного лекарственного средства по официальным каналам за счет бюджета, как правило, уходит 3–4 месяца, поэтому врачи и родители сразу обращаются к благотворителям. «В отсутствие препарата лечат по другим схемам, менее эффективным», – уточнила Боровова.

Заместитель генерального директора ННПЦ ДГОИ им. Дмитрия Рогачева по научной работе, директор Института гематологии, иммунологии и клеточных технологий Алексей Масчан подтвердил «МВ», что дорогостоящий динутуксимаб до недавних пор закупали и привозили в Россию главным образом благотворительные фонды. Стоимость курса лечения – 300 тыс. долл. для одного пациента.

«Три недели назад мы отвечали на запрос правительства, который поступил в связи с обращениями родителей в отношении этого препарата, и подтвердили необходимость продолжать ввозить динутуксимаб», – рассказал Масчан. Препарат дает преимущество в выживаемости максимум на 20% в группе пациентов с нейробластомой высокого риска и применяется у тех больных, которые достигают, по крайней мере, частичного ответа на предшествующую первую очередь многоагентной мультимодальной онкотерапии, уточнил он.

В России динутуксимаб ежегодно требуется примерно 40–50 пациентам. Поэтому эксперты указали правительству на необходимость инвестиций в производство отечественного аналога, тем более что такая перспективная разработка в российской фармацевтике существует, сказал Масчан.

Председатель Координационного совета МОД «Движение против рака», член Общественного совета и Совета общественных организаций по защите прав пациентов при Минздраве Николай Дронов не располагает информацией о перебоях в получении химиотерапии в период эпидемии. «Если препарат не зарегистрирован в России, он может ввозиться при наличии решения консилиума профильной медицинской организации. Непонятно, какие тут могут быть проблемы, но, даже если единичные случаи существуют, это не дает оснований говорить о нарушении импорта медицинских препаратов», – заявил он «МВ». Дронов полагает, что поводом для таких заявлений может быть лоббизм интересов фармацевтических компаний.

В начале февраля Минздрав в официальном сообщении прокомментировал вопрос дефицита иностранных онкологических препаратов. В нем говорилось, что лекарственный препарат с МНН цитарабин представлен на фармацевтическом рынке России минимум четырьмя торговыми наименованиями: алексан, цитозар новамедика, цитарабин-ЛЭНС и цитарабин. По данным производителей, перебои с поставками указанных лекарственных препаратов связаны с временным прекращением поставок фармацевтической субстанции. «По итогам совещания с производителями были достигнуты договоренности о возобновлении прекращенных поставок указанного лекарственного препарата в Российскую Федерацию», – заверил Минздрав.

По данным автоматизированной информационной системы Росздравнадзора, в гражданский оборот с октября 2019 года было выпущено в разных дозировках (100, 500 и 1000 мг) более 85 тыс. флаконов лекарственных препаратов, содержащих цитарабин. На текущий год запланирован выпуск около 370 тыс. флаконов. По данным Центра им. Дмитрия Рогачева, ежегодная потребность в таких препаратах – около 57 тыс. флаконов.

В сообщении Минздрава также отмечалось, что регистрация лекарственного препарата с МНН пэгаспарагиназа (онкоспар) была отменена в августе 2019 года по инициативе производителя, но в России зарегистрированы сразу три препарата с таким МНН (аспарагиназа медак, аспарагиназа и веро-аспарагиназа). При этом в ведомстве отрицают уязвимости в профиле эффективности и безопасности воспроизведенных отечественных серий циторабина и аспарагиназы, а выявляемые нежелательные реакции относят к осложнениям терапии, описанным в инструкциях.

В начале февраля в коллективном письме в Минздрав российские онкологи и гематологи потребовали отказаться от закупок дженериков и приобретать для лечения детей с онкозаболеваниями оригинальные лекарства. В частности, специалисты НМИЦ ДГОИ им. Дмитрия Рогачева критиковали воспроизведенный винкристин. 

Источник

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

пять − четыре =